В Москве и других центрах чаще использовался другой прием: плащ архангела, облаченного в одежды с лором (длинная широкая лента), скреплен у ворота и перекинут за спину или застегнут на груди и закрывает плечи. Соединение двух этих способов не имеет аналогий в памятниках столичных центров и подкрепляет предположение о провинциальном происхождении мастера. На это же указывают чрезмерно вытянутые фигуры с непропорционально маленькими руками и ногами и слишком низко расположенными коленями. Изображения архангелов не умещаются в поле ковчега, плоскости одежд покрыты мелкими дробными складками и отдельными точками, которые можно наблюдать на многих провинциальных памятниках северо-восточного региона, в том числе и на ростовских иконах. Однако в этой иконе, несмотря на наличие черт ростовской живописи, более значительным кажется влияние новгородской художественной традиции. На нее указывают колорит, построенный на сочетании насыщенных зеленых и красных цветов, а также использование обильной «жемчужки» в орнаментике. Овальные лики с тяжелой нижней частью и широкой тенью по абрису щеки и подбородка напоминают святых на иконах деисусного чина 1599 г. из церкви Успения д. Никулино в Новгородской области, из ГЭ, также принадлежащие к новгородской провинциальной живописи.
Т. Нечаева.